Михаил Черничкин — Возвращение к смерти. Финал. 2155 год

Я еще ни разу не встречал книги, в которой описывался первый полет к звездам человечества. Именно свершения людей, не подарок Чужих, не их визит к нам (упаси Боже вторжение), и не случайное посещение Чужих Солнц Избранным Засланцем. Всегда это либо по прошествии энного количества лет мудрое человечество со склеротической ностальгией вспоминает про первые шаги в Космосе, либо отдельные люди, благодаря своей удаче и неубиваемости получают шанс добраться Туда… Какое то странное ощущение собственного бессилия, неумение сделать все самостоятельно. Надежда на того самого  deus ex machina, который вдруг решит все проблемы и сделает чудесный подарок.

Вводные данные. После нескольких попыток, выясняется, что прыжок к звездам возможен, но должен происходить только в состоянии анабиоза. Первая и Вторая экспедиции заканчиваются неудачей. Начало повести начинается с пробуждения членов экипажа после прыжка.

Третья экспедиция создается с учетом всех факторов, на борту шесть членов экипажа, участвовавших в разработке проекта. После первого прыжка к системе Барнарда, обнаруживается расхождение с теорией переброски. Второй и третий прыжки вместо возвращения назад, переносят корабль в системы близлежащих к Солнцу звезд. После проблем связанных со здоровьем экипажа, из-за неоднократного погружения и выхода из анабиоза, уцелевшие члены команды принимают решение добираться до Земли на планетарных двигателях, на скоростях позволяющих достигнуть Солнечной системы за 20 000 лет. Перед тем как лечь в крайний анабиоз, члены экипажа готовят корабль к длительному перелету домой.

Возвращение к смерти. Финал. 2155 год

- Посмотри на файл 8.2.4.

- Что там?

- Это архив за 86 год, пятый месяц.

- Не имею никакого желания, Броди. Нас послали на эту рухлядь забрать все ценное. Эти записи – не ценности, к тому же они давно скопированы и хранятся на Селенити. Давай, пошевеливайся, у нас пять часов. Потом прибудет бригада утилизаторов. У меня нет ни малейшего желания объяснять Саймону, что всю смену мы пинали воздух. У меня и так от него скоро язва будет.

- Да ты посмотри Саргон, настаивал Броди, молодой неестественно высокий и худой парнишка, с узким бледным лицом, сразу выдающим в нем лунного колониста третьего или четвертого поколения. – Это видеозапись банкета.

- Да ты что, голо пьянки там смотришь? Взбесился напарник, подлетая ближе и толкая его в плечо. Вызывай программу отстыковки модулей, будем их целиком забирать. Убери свою хрень я сказал.

- Ты подпись смотри, уперся Броди, с трудом отпихивая массивного Саргона. Посмотрел на его лицо и затараторил. – Это банкет по случаю выбора членов экипажа Третьей Экспедиции. Тогда в 2086, ты не помнишь?

- Я монтажник, а не историк. Третья Экспедиция – это та затея с гипердрайвом?

- Да, возбужденно потер руки Броди, мы в школе это проходили. Я сразу вспомнил про эту историю, когда нас сюда послали. В этой папке все записи к этому событию -  тренировки, запуск и разговоры с кораблем во время полета.

- Переговоры? Они ж вроде замороженные летали.

- Переговоры с Искином корабля. Его назвали Карин. Или ее, Броди хихикнул и возбужденно потер руки.

- Кого назвали? Не понял напарник. – Корабль?

- Нет, комп корабля. Сам корабль назвали Ардо.

- Так называется мой любимый сорт пива, проворчал Саргон. Пошли, мы опаздываем.

- Подожди, я скопирую.

- Ты уверен, что нам по шлему не дадут?

- Не дадут. Подожди. Броди помолчал, вращая пальцами голокуб папки. – Даты, даты. Конец записи, и еще один файл. Почему он отдельно? Так, свойства.

- Саргон!!! Завопил, Броди. Иди посмотри! Да не может этого быть!

- Да что у тебя такое? Копируй и пошли, времени нет! Пробурчал монтажник, пробуя оторвать щит с аварийной панели. – Вот черт, аж болтами прикрутили. Ыыых, еще разок. Ох ты! Слушай, Броди я давно хотел себе такой аккуратненький кислородный баллончик. За аварийную систему на Селенити с меня две тыщи потребовали, а тут только забрать.

- Саргон, иди сюда, мародер ты чертов. Смотри на дату.

- 29 марта 2099 года, ну и что? Тебя так интересуют полувековые новости?

- Ты не понял, Саргон, торжественно начал молодой монтажник. Это же спустя тринадцать лет после старта. Передача с корабля. Радиограмма, текст, записанный двоичным кодом!

- Чем, чем? Вытянул шею напарник,

- Старая система компьютерного языка. Да не это важно, старый ты пердун. Чем закончилась эпопея с драйвом?

- Да ничем, пробурчал Саргон, обиженный на старого пердуна. Никто не вернулся и программу прикрыли. Это ж в аккурат перед войной было.

- Точно, Саргон, и никто не узнал в чем закавыка. А здесь я вижу сообщение с корабля, которое пришло через тринадцать лет после запуска. Ничего тебе не странно?

- Да какая мне разница, у нас план, дурак. Ты не забыл, где мы есть? Хочешь дождаться землян в гости?  - «Все под контролем парни, запусков не было, спутники мертвы», явно передразнил он кого – то. За такие гроши рисковать задницей я не хочу. Пойдем лучше посмотрим, что пригодится нам лично, на «Дубле» у меня пара тонн запаса, можно приподнять свое материальное положение. А ты копайся здесь и жди земнюков в гости. Бывай.. С этими словами он развернулся и широкими шагами вышел из отсека.

- Саргон, да подожди ты, две минуты еще. Вот черт, мизон кряк, заругался молодой монтажник, быстро вращая голокубик файла и отцепляя от пояса накопитель. – Сейчас, сейчас. Есть. Саргон, подожди меня!

-Чует мое сердце, и еще кое-что в придачу, зря мы согласились сюда лететь. Саргон еще раз пробежал пальцами по сенсорам пульта, вызывая индикацию запуска. – Еще тридцать минут, старое корыто, бормотал он нервно крутясь в кресле и грызя ноготь. – Броди!

- Да, Сар? Второй член экипажа прилаживал накопитель к разъему на пилотском кресле.

- Брось свою ерунду, и иди посмотри на переходник. Что-то гидравлика тормозит. И на затвор глянь, как бы ничего не зацепилось. К этой развалюхе все впритык идет. Сделай там прогон отстыковки, а то у меня интерфейс не совпадает с программой этого хлама, там ручное дубль-управление должно быть.

- Сейчас, Саргон. Ага, есть. На экране замелькали причудливые символы, программа подбирала кодировку к типу файла. Броли кинул взгляд на напарника. - Ты чего такой нервный?

- Говорю тебе, чувство у меня. Нехорошее. Как ни крути, а то чем мы занимаемся, называется грабеж, хоть по букве закона все ладно. Все, иди, иди. Двадцать восемь минут до старта. Бродерик шутливо козырнул и покинул рубку. Идя по длинному, тускло освещенному тоннелю вдоль грузового отсека он думал о своей находке. Его дед погиб в ту войну, когда колония заявила о независимости. Голод и лишения послевоенного времени, жизнь в тесных отсеках лунной станции не оставляла времени ни для чего, кроме выживания. Работа и отдых, сон и работа, работа и работа на скудном пайке. Краткий миг детства, трехгодичный общеобразовательный курс в школе, и в четырнадцать лет – добро пожаловать во взрослую жизнь. История в школе, касалась главным образом последовательности заселения спутника Земли. Луна – 4, Селенити, Рудная База, Черный Полюс. Но о программе «Стеллар», которую в свое время называли главной надеждой человечества, он знал. И на курсах монтажников находил время, чтобы поближе узнать историю неудавшегося рывка к звездам. Математические выкладки его не трогали, это было не по зубам, да и во всей колонии вряд ли нашелся человек, который разобрался бы в формулах квантовой теории гравитации. И построениях струнной модели Вселенной. История полетов, вот что интересовало его и заставляло снова и снова перечитывать. Имена тех, кто создавал корабли, и кто отправлялся на них в неизвестность. Карлссон, Волков, Ланге, Гарвардсон… Было время он задумывался о том, как сложилась бы история, если экспедиции вернулись и принесли с собой звезды. И вот теперь он нашел нечто интересное! В брошюре «Стеллар – величайший обман человечества», про сообщения с кораблей не говорилось ничего.  Перечисление неудач и краткий обзор действующих лиц. Театральное действие, окончившееся ничем, таков был вывод автора книжицы. По расчетам критически настроенных ученых, при перемещении на дальние расстояния происходило накопление гравитационного напряжения, которое в один миг схлопывало корабли в сингулярность, увидеть которую невооруженным взглядом невозможно, даже если ее положить на ладонь. Точно на этот вопрос не успел ответить никто, началась война, и работа прекратилась сама собой. Станцию эвакуировали, и полстолетия она дрейфовала в узловой точке между Землей и Луной. Реактор был заглушен, и автоматика корректировала курс, питаясь от солнечных батарей, уже изрядно съеденных коррозией от космического мусора. По договоренности с Россией и Восточным Союзом, станция Стеллар признавалась собственностью колонии, и подлежала утилизации. Два года мелкие грузовые шлюпы крейсировали между спутником и станцией, снимая с нее мало-мальски пригодное оборудование и металл, столь необходимый молодому государству. Западный Союз, во главе с США не согласился отдать Стеллар во владение колонии, и во всеуслышанье заявил, что будет считать демонтаж станции грабежом космического масштаба. Двухгодичные переговоры ни к чему не привели. Колония соглашалась отдать часть станции, принадлежавшую Западному Союзу, но не собиралась доставлять ее к Земле, Союз же требовал именно этого. Откровенно заявить, что у него кишка тонка самостоятельно перенести сотни тысяч тонн металлических конструкций на орбиту материнской планеты, у Союза не хватало духу. После краткого затишья, которое было нарушено захватом лунного грузовика во время его возвращения на Селенити, главный порт Луны, две противоборствующие стороны находились в состоянии вооруженного конфликта. Главным подрядчикам приходилось непрерывно вести наблюдение за орбитальным пространством, и предупреждать транспорта о возможной угрозе нападения. Экипажи транспортников свирепо материли всех подряд, и руководство колонии и всю земную шайку, но работы не прекращали, научившись мгновенно стартовать и бросаться наутек при первом признаке опасности.

Бродерик Венс попал на станцию в первый раз. Если совсем подробно он впервые вышел в космос на старом шлюпе «Дубль Литл», в должности помощника Саргона Элена, космомонтажника со стажем и по совместительству пилота.

- И мне повезло, или как это назвать. Мне, именно мне. Это же настоящая сенсация. Нет торопится нельзя. Вдруг это просто мусор, ошибка системы. Так, или примерно так думал свежеиспеченный космонавт, подпрыгивая на ходу и потирая руки. Бродерик пожалел что не успел прочитать запись. Ну да не беда, только добраться до шлюза, дернуть за рычаг аварийной отстыковки и перевести управление на «Дубль – Литл». Это пара минут, а потом можно будет покопаться в содержании письма, пришедшего от погибшего по официальной версии звездолета. Монтажник чуть ли не бегом домчался до закрытого люка и хлопнул по панели шлюза.

Тройной шлюз, недовольно загудел приводами, и люк нехотя отодвинулся в сторону, застряв на половине. Броди от души пнул ленивую створку и протиснулся в тесную каморку с щитом дубль - управления внутри. Еще пять минут ушло на то, чтобы снять крышку (болтов не жалели и здесь) и свериться со схемой подключения к управлению. Венс отстегнул за один край шлейф соединения на комбезе и втиснул его в пыльные разъемы. Экран, вшитый в рукав моргнул, и на нем высветилась цветная картинка.

- Броди пожевал губу. Что-то чересчур сложная система для обычного шлюзования. Эти две линии синего цвета – комплекс спаренных створов, они открываются одновременно, и только при закрытом внутреннем люке. На  схеме он зеленый, вот он. Помещение справа от него – отсек со скафандрами. Интересно, они там еще? А вот красная линия, это что? Энергоотводы, вот что это. Ему они ни к чему. Ему нужен узел контроля. Сначала подключение, потом отключить сам щит и прогнать тест. Так и так. Монтажник водил ногтем по экрану, сворачивая всплывающие окна с дополнительной информацией. Неожиданно экран почернел, и в следующее мгновение на нем вспыхнула надпись. «Внимание! Система требует пароль! Введите пароль в течение 30 секунд!

Бродерик досадливо покачал головой, и прижал подбородком воротник, вызывая Саргона.

- Сар, чертов шлюз требует пароль на передачу управления. Скинь мне его побыстрее.

- Да я тебе и так скажу, проворчал напарник – 0602KL. Давай быстрее, девятнадцать минут до запуска.

- Не отвечая, Броди быстро начал набирать пароль под меняющимися цифрами обратного отсчета.

- Вот черт, ругнулся монтажник. Палец скользнул мимо нужной кнопки, и вся индикация исчезла. Отсек погрузился в темноту.

- Хлам, прошипел Венс, нащупывая пальцами клавишу запуска в щите. Сдернул защитную пластину и отжал тугой рычаг аварийки. Вспыхнула красная лампа, и в ее зыбком свете Бродерик увидел как пластина внутреннего люка скользнула на место, а за спиной раздался неприятный гул.

- Броди, взорвался в ушах голос напарника. Какого черта, ты делаешь. Пошла отстыковка, сейчас нас отстрелит от станции.

Мгновенно помертвев, Венс понял какого дурака он свалял. При включении аварийного режима, одновременно начинается дешлюзование. Сейчас «Дубль» и станция перекроют створы люков и там где он сидит будет полный вакуум. Этот неприятный гул,- шум от сервоприводов наружного створа!

- Саргон, заорал он молотя в металл люка кулаками и уже не ощущая боли от ударов. Страшное чувство целиком заполнило его, и он развернулся, в последний момент успев увидеть как наружный створ мягко и неотвратимо исчезает в стене, открывая темный металл корабля и узкую полоску черного неба с яркими иголочками звезд. Взрывная декомпрессия рванула уши, и самым последним краешком сознания Бродерик Венс успел почувствовать, как его тело стремительно вылетает из шлюза, увлекаемое воздушным вихрем.

- Броди… Бродерик. Да твою ж мать. Старый пилот недоуменно вглядывался в экран, на котором бежали цифры, отмечая расстояние до станции. – Отвечай, паршивец.

Эфир молчал. На мониторах красным огнем вспыхивали узлы шлюпа, отвечающие за стыковку. Внешний створ грузового шлюза открыт, сработала система аварийного запуска, отметил про себя Саргон. Что за черт. Парнишка не справился со шлюзом? Тогда где он сам? Пилот открыл программу отмечающую маячок с комбеза Венса и недоуменно уставился на экран. Никаких следов помощника на нем не было. Внезапная догадка молнией сверкнула у него в мозгу, и он поворотом верньера уменьшил масштаб. Красная точка маячка плавала рядом с кораблем, неторопливо дрейфуя вдоль борта станции. Триста метров, триста десять, триста двадцать, машинально отсчитывал Саргон, еще не до конца веря в то, что он видит.

Возвращение было долгим. Сам полет не занял много времени, от станции до порта Селенити было рукой подать. Долгой была процедура разгрузки шлюпа, и долгим разговор с начальником порта. Выяснение обстоятельств гибели второго члена экипажа заняло половину лунного дня, семь земных дней. Временно отстраненный от должности капитана, и снятый с графика работ Саргон проводил время между допросами в камере карантина, поскольку тюремных помещений в порту просто не было. После передачи пластикового контейнера, в который был запаяны останки Венса, его отвели в эту каменную коробку, вырубленную в материнской породе глубоко под поверхностью, и оставили наедине со своими мыслями.

На первом и втором допросах его роль заключалась в том, чтобы вовремя кивать головой в ответ на уточняющие вопросы членов комиссии, которые прокручивали запись с его корабля.

- Да, не ожидал, что парень не справится с простым заданием.

- Да, не знал, что аварийная система отстыковки разгерметизирует отсек со щитом управления.

- Нет, не думал о разнице в оборудовании между кораблем современной постройки и устаревшей станцией, до этого все происходило нормально.

И еще десятки подобных вопросов, главным образом технического характера. Комиссию больше волновал вопрос, как исключить подобную ситуацию в будущем. Саргона никто не обвинял в гибели молодого помощника. Его смерть являлась результатом случайности и технических нестыковок. Никто не собирался отстранять его от полетов и тем более наказывать. Люди были слишком ценным ресурсом, для молодого государства.

Третий допрос не был похож на два предыдущих. Вместо четверых членов комиссии его встретил только один незнакомец, ранее не присутствующий на заседаниях разбирательства.

- Меня зовут Селин Джорнел, я секретарь Совета по науке. Саргон задрал брови. Что представитель научного сектора хочет услышать от простого монтажника и пилота? Заметив выражение лица капитана, Селин пояснил. – У меня к вам всего пара вопросов. Он откинул сиденье и уселся прямо напротив Саргона.

- Я буду говорить прямо. Из записи разговоров в рубке мы поняли, что со станции ваш погибший помощник извлек  некую запись. Саргон кивнул в ответ. – Да, из-за этой копии мы едва не поругались. Меня бесило, что он отвлекается на такую ерунду.

- А что вы поняли насчет этой копии, мистер Элен? Вкрадчиво спросил секретарь по науке.

- Что это запись с материалами, относящимися ко времени экспериментов с гипердрайвом. Тренировки, переговоры с кораблем при запуске и так далее.

- А почему ваш напарник так заинтересовался этой информацией?

Элен пожал плечами. – Парнишка был немного помешан на истории. Я понял о чем разговор, только после того как он мне напомнил. Видимо он захотел иметь запись реальных событий у себя в личном пользовании.

- И последний вопрос, мистер Элен, Джорнел чуть наклонился к Саргону. – Уходя из рубки на свое последнее задание, ваш напарник забрал накопитель с собой и не оставил в компьютере корабля копии.

- Да, так и есть, пожал плечами монтажник.

- Огромное спасибо за помощь, мистер Элен. Я уверен, что в ближайшее время вы вернетесь к своей обычной жизни. Секретарь поднялся с сиденья и направился к двери.

Секретарь по науке оказался прав. Через два дня Саргон Элен вышел из места своего временного заключения  и приступил к своим обязанностям капитана грузового шлюпа. Ему был назначен новый помощник и выделен сектор для работ – в противоположном конце разбираемой на лом космической станции.

- Вы уверены, что ранее эта запись не копировалась? Произнесший эти слова человек недоверчиво повел носом в сторону экрана, на котором вращался кубик файла.

- Абсолютно, сэр, горячо воскликнул его собеседник.

- Ну а как же так получилось, что за 56 лет с того момента как пришло сообщение, его никто не обнаружил? Ведь, в конце концов, программа должна сообщить об этом персоналу, отправить его на Землю и вообще мигать красной лампочкой, пока кто-нибудь не соизволит посмотреть в чем дело, продолжал брюзжать человек.

- Все дело в том, сэр, что радиограмма пришла в тот момент, когда со станции был эвакуирован персонал, и часть компьютерного оборудования. Эта запись сохранилась только благодаря настройке автоматики приемной антенны. Единственное на что запрограммирован блок антенны приема – это передать его на основной накопитель и сложить в архив.

- Будем считать, что вы меня убедили, Селин, проворчал обладатель недоверчивого носа, голосом отнюдь не уверенным.

- На сто процентов это правда, подскочил с места секретарь по науке. Существуют методы, по которым можно определить, копировалась информация или нет. Первым человеком, который открыл этот файл и скопировал его, был младший монтажник Бродерик Венс, который погиб буквально через несколько минут. Его напарник не проявил никакого интереса к этой копии, потрясенный нелепой гибелью помощника.

- Следовательно утечки нет, полуутвердительно спросил Доран, являющий главой безопасности Лунной Колонии. Секретарь замялся. Доран поднял брови.

- Дело еще вот в чем, чуть медленнее и не так горячо произнес Селин. Мы не знаем приняли ли земные станции или спутники этот сигнал. Судя по записи, он был достаточно силен даже для того, чтобы его приняли на поверхности, например на Аресибо. В тот момент он был в точке приема.

- Мы, это научный совет, я так понимаю, произнес Доран.

- Да, сэр.

- У меня к вам еще один вопрос, Джорнел, задумчиво сказал глава безопасности. – Когда состоится совещание Совета по поводу обнаруженного материала? Селин пожал плечами, - результаты будут готовы через неделю, но это очень примерно. Вторая часть послания – настоящая абракадабра для наших математиков. Мы просто ждем, что они скажут. В любом случае вы, он выделил последнее слово, уж точно будете приглашены на совещание.

- Я буду ждать, коротко ответил собеседник и развернулся вместе с креслом к экрану, давая понять, что встреча окончена. Его собеседник легкими плывущими шагами вышел из кабинета.

Кузнечик, подумал Доран Мак Кинли, рожденный еще на Земле. На данный момент он отпраздновал уже 96 год своего рождения и в отличие от молодого секретаря прекрасно помнил моменты запуска кораблей со станции. Он протянул руку и включил запись, увеличив звук.

- Мы, члены экипажа экспериментального звездолета «Ардо», передаем сообщение из системы…….

Совет.

- …наше решение является единственной возможностью возвращения на Землю. С этой надеждой мы будем ждать благополучного исхода. До скорой встречи.

- Во второй части сообщения находится текстовая информация, показывать которую просто нет смысла, поскольку она состоит из математических выкладок, расчетов и формул, непонятных большинству сидящих здесь. Поднялся председатель Совета, он же глава совета по науке.

- Еще могу сказать, что к первой части прикреплены краткие текстовые сообщения, написанные членами экипажа к родным и фотосъемка внутри и снаружи корабля, а также материалы экспедиции. Могу лишь кратко подытожить – результаты потрясающие. Сам факт того, что эксперимент удался, - хотя бы и частично, поражает воображение. Я говорю сейчас достаточно избитые фразы, но тем не менее. Он запнулся и махнул рукой – Вы все прекрасно понимаете, мои сограждане.

 

 

 

Было интересно? Поделись с друзьями в социальных сетях! Достаточно одного клика...
Мне интересны мои читатели! Пожалуйста, добавь меня в друзья!

Похожие статьи:

  1. Михаил Черничкин — Конец всего, или фактор разумности — (3, 4 место)
  2. Михаил Черничкин — В поисках себя
Рубрика: Произведения. Добавьте постоянную ссылку в закладки.

Один отзыв на Михаил Черничкин — Возвращение к смерти. Финал. 2155 год

  1. Александр пишет:

    Люблю фантастику. Надо будет почитать.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Можно использовать следующие HTML-теги и атрибуты: <a href="" title=""> <abbr title=""> <acronym title=""> <b> <blockquote cite=""> <cite> <code> <del datetime=""> <em> <i> <q cite=""> <strike> <strong>